1 марта 2017

Круглый стол с острыми углами. "Северный десант" правозащитников завершился круглым столом в Общественной палате Свердловской области

 Что увидели

Правозащитники побывали в лечебно-исправительном учреждении № 23 (ЛИ) в поселке Сосьва и ЛИУ-51 в Нижнем Тагиле. Проверяли, как обеспечено право на охрану здоровья отбывающих наказание в условиях изоляции. Вместе с наблюдателями ОНК в проверке участвовал консультант аппарата Уполномоченного по правам человека в Свердловской области Сергей Санников.

"Лечебную" колонию (ФКУЗ ЛИУ-23 МСЧ-66 ФСИН России) в Сосьве члены ОНК навещали не раз. Впечатления разные, но проблем и жалоб отсюда хватает. В предыдущие посещения были массовые претензии сидельцев по поводу… физзарядки. Под открытым небом, в уральский мороз — даже для больных туберкулезом.

Потом была история с травмой одного из осужденных. Ему, по слухам, отрезало палец бензопилой. При этом производства как такового в лечебном учреждении вроде бы быть не должно, разве что трудотерапия.

При проверках исправительной колонии № 3 под Краснотурьинском было большое количество жалоб от ВИЧ-инфицированных заключенных, в том числе, и на отсутствие лечения. А лечат "вичёвых", как в тюремном обиходе называют людей с иммунодефицитом, именно в ЛИУ.

По итогам прежних поездок и с учетом впечатлений от февральского "десанта" правозащитники решили провести с руководством медсанчасти круглый стол.

У него оказалось много острых углов.

Как и о чем говорили

Руководство МСЧ-66 представляли заместитель начальника Алексей Кривенко и заместитель начальника филиала "Больница №7" Илья Шляпников. Пенитенциарный главк делегировал помощника начальника по соблюдению прав человека Георгия Губанкова. Кроме них и членов ОНК в мероприятии приняли участие Уполномоченный по правам человека в Свердловской области Татьяна Мерзлякова и руководитель областного отделения движения "Гражданское достоинство" Виталий Олейник. Он, кстати, в прошлом врач, заместитель начальника госпиталя для ветеранов войн.

Разговор начался непросто. В какой-то момент показалось: конструктивный диалог не состоится.

Когда врач в погонах Кривенко заявил, что он и его коллеги делали и делают всё, что необходимо и положено делать медработникам, это еще как-то можно было понять. Никто из участников круглого стола и не собирался "вешать всех собак" на медицину. Те, кто в ОНК не первый год, знают, что далеко не всё и не всегда зависит от тюремных эскулапов. Они ставят диагнозы, дают рекомендации, а решают другие люди или другие, не медицинские законы и правила.

Но как реагировать на рассуждения полковника, будто действия членов ОНК, малокомпетентных в медицинских проблемах, приводят к тому, что и так перегруженные бумажной работой врачи еще и здесь должны писать ненужные ответы? Что действия ОНК зачастую дезорганизуют работу врачей?

Честно говоря, обмен упреками общественники считали пройденным этапом. Даже многоопытная и терпеливая Татьяна Мерзлякова заявила, что если представитель МСЧ будет продолжать выступать в подобном тоне, то ей придется покинуть круглый стол. Но та же Татьяна Георгиевна и разрядила обстановку, напомнив, что необходимо считаться с мнением и оценками гражданского общества. Если бы все было хорошо, то не было бы жалоб, и не было бы необходимости что-то совместно обсуждать. После этого разговор принял более конкретный и конструктивный характер.

Эксперт ОНК Дмитрий Халяпин рассказал о проблемах, на которые обратили внимание правозащитники во время проверок. Это и актирование больных, которых необходимо освобождать, но они остаются в учреждениях ГУФСИН. Проблемы оформления инвалидности, вопросы кадровой обеспеченности медико-санитарных частей.

Проблема актирования тяжелобольных, как было уже неоднократно заявлено, упирается в одно. Таких больных есть откуда освобождать, но зачастую освобождать некуда. На свободе их никто не ждет. Вновь была поднята тема хосписа, которая пока только обсуждается. 

Очень остро стоит вопрос возможности для членов ОНК знакомиться с медицинскими документами заключенных. Николай Лаптев пытался обосновать право общественников, которые берутся консультироваться со специалистами, так сказать, вне "зоны" по поводу заболеваний конкретного сидельца, копировать с его разрешения медицинские документы. Представители МСЧ настаивали: копий делать нельзя. А вот специалиста привести в колонию можно.

Тему обсуждали так и эдак. Присутствовавший на встрече адвокат Межрегионального центра по правам человека Владимир Капустин посоветовал судиться с гуфсинофскими медиками. Они не правы: ведомственные инструкции, на которые ссылаются, не могут быть выше закона и отменить то, что есть в законе.

Что ж, для каких-то тупиковых ситуаций судебный путь — самый верный. Но не самый короткий. Заместитель председателя ОНК Ашурбек Манасов напомнил о случаях, когда осужденным требуется лечение вне исправительных колоний. Тут никакие суды не помогут. Нужны добрая воля и взаимопонимание медиков по обе стороны тюремного забора.

Что решили

Примерно две трети нынешнего, четвертого, состава ОНК — новички в комиссии. Остальные знают и помнят, что многие острые вопросы и, казалось бы, неразрешимые проблемы решались с помощью рабочей группы при свердловском омбудсмене по пенитенциарной медицине с участием общественников и представителей всех заинтересованных государственных служб и надзорных ведомств. Пришло время возродить такую рабочую группу. Это решение стало важным и реальным итогом рабочего стола. При всей остроте диалога, он в конце концов дал результат. Ближайшее заседание рабочей группы Татьяна Мерзлякова предложила провести у нее в офисе уже 14 марта.

← Вернуться к списку