29 октября 2016

"Это не дурацкие комментарии. Это его способ зарабатывания денег", — так охарактеризовал действия блогера Руслана Соколовского советник Президента России Михаил Федотов в интервью "Эхо Москвы"

 - К нему пришла невеста, поздравила с днем рождения. Как вы считаете, он, действительно, настолько общественно опасен, что такого человека нужно держать под стражей? – спросил у Михаила Александровича журналист Алексей Гусаров.

М.Федотов― Я считаю, что он совершенно не заслуживает того, чтобы занимать место в следственном изоляторе, тем более, что следственные изоляторы у нас – я не знаю конкретно по Свердловской области – переполнены во многих регионах. И это большая проблема. Потому что, когда нарушается норма, сколько квадратных метров помещения должно быть на одного следственного арестованного, то Европейский суд по правам человека расценивает это как бесчеловечное обращение. Зачем же нам нужны такие определения, зачем нам нужны такие претензии? Поэтому, вообще, взятие под стражу, содержание под стражей – это исключительная мера пресечения.

О.Журавлева― Человек снял видео и выложил со своими дурацкими комментариями видео.

М.Федотов― Я чуть-чуть занимался этой историей.

О.Журавлева― Ну, в чем там, собственно, причина?

М.Федотов― Это не дурацкие комментарии. Это его способ зарабатывания денег.

О.Журавлева― Очень хорошо. А разве за это наказывают?

М.Федотов― Ну, во всяком случае, не лишением свободы, и в данном случае не взятием под стражу. Там могли какой-нибудь штраф ему выписать, но не более того, потому что общественная опасность того, что он сделал, она минимальна, на самом деле. Но, наверное, он понимал, что ловить покемонов в церкви – это немножко неправильно. В общем, для этого есть другие места.

О.Журавлева― В синагоге, кстати, сказали: "Заходите – нет вопросов".

М.Федотов― По-разному относятся люди к этому. Но из этого делать уголовное дело я бы, например, не стал. Тем более, что у нас по процессуальному законодательству есть прекрасные статьи, которые позволяют в подобных случаях просто прекращать делопроизводство по малозначительности.

О.Журавлева― Михаил Александрович, там 282-я…

А.Гусаров― До 5-ти лет, да.

О.Журавлева – И 148―я по-моему, да?

А.Гусаров – 146―я.

О.Журавлева― Да. Там даже две статьи: и оскорбление чувств верующих и разжигание.

А.Гусаров – 282―я более серьезная – до 5 лет тюрьмы. Заслуживает такого наказания?

М.Федотов― Нет, конечно нет.

О.Журавлева― А вы можете объяснить, зачем это происходит? Никто знать не знал про блогера Соколовского. Он даже не Антон Носик.

А.Гусаров― То есть явное нарушение прав человека.

М.Федотов― Я понимаю. Значит, этим вопросом специально занималась Татьяна Георгиевна Мерзлякова, уполномоченный по правам человека в Свердловской области. Она с ним встречалась, она с ним разговаривала. Она разговаривала по поводу него с самыми разными людьми, обладающими достаточно широкими полномочиями. Пока никакого результата нет. Но я думаю, что в конечном итоге все это закончится штрафом и все.

О.Журавлева― Но человек за просто так посидит в СИЗО.

М.Федотов― Вы знаете, к сожалению, это не единственный случай.

О.Журавлева― О да!

М.Федотов― Это не единственный случай. И Совет неоднократно ставил вопрос о том, чтобы вспомнить о том, что эта норма о взятии под стражу – это исключительная мера. Об этом председатель Верховного суда России Вячеслав Михайлович Лебедев неоднократно в моем присутствии говорил на совещаниях руководителей судов субъектов Федерации. 

← Вернуться к списку