16 февраля 2026

Больше 500 военных из Свердловской области пропали без вести на СВО за год

Омбудсмен рассказала, как работают с семьями военных

Свыше 16 тысяч обращений получила свердловский омбудсмен Татьяна Мерзлякова о бойцах СВО в 2025 году. Больше половины из них (57%) касались поиска пропавших без вести военных. Около 540 заявлений подали семьи пленных солдат.

Уполномоченный по правам человека отметила, что в прошлом году, в сравнении с 2024-м, количество вопросов по теме спецоперации выросло почти на четверть, при этом по поводу пленных стали обращаться в два раза реже.

«Самое тяжелое для семей участников спецоперации — узнать, что их боец пропал без вести. Для них за этой официальной формулировкой скрываются тревожные слова, полные неведения и ставящие жизнь в режим ожидания. Эта тема остается одним из наиболее острых вопросов, решение которого требует времени и правильных действий.

У каждого заявителя правозащитники выясняют подробности пропажи военнослужащих, запрашивают в воинских частях и органах военного управления сведения о судьбе бойцов, объясняют родным, что им необходимо предпринять, информируют о принимаемых мерах. Ведь из-за долгого отсутствия известий от своих мужей, отцов и детей многие члены семей не знают, что им делать и куда обращаться», — объяснила омбудсмен.

В прошлом году уполномоченный вместе с замгубернатора региона Василием Козловым проводила приемы семей пропавших без вести и погибших военнослужащих. Встречи проходили дважды в месяц в разных городах и поселках области. Чаще всего родные солдат жаловались, что воинские части не реагировали на их обращения, в том числе и на запросы военкоматов о статусе и местонахождении бойца.

Всего за год к омбудсмену обратились больше 500 семей, потерявших военных в зоне проведения СВО. Для их поиска уполномоченный регулярно встречалась с командованием Центрального военного округа и воинских частей, военными прокурорами и следователями.

«Благодаря тесному взаимодействию с представителями военного управления удавалось оперативно получать сведения о судьбе участников спецоперации, длительное время не выходящих на связь, в том числе из 522-го Центра приема, обработки и отправки погибших в Ростове-на-Дону», — добавила Татьяна Мерзлякова.

Омбудсмен также отметила, что для оперативного поиска без вести пропавших солдат перед заключением контракта необходимо брать образцы биологического материала для ДНК-исследования. Они помогут найти бойца в случае его гибели.

Еще одно сложное направление в деятельности омбудсмена, связанное с эмоциональными и организационными трудностями, — работа с военнослужащими, находящимися в плену. За прошлый год в 2,2 раза увеличилось количество освобожденных уральских бойцов: в 2025-м в Россию вернулись 69 военнослужащих из списка уполномоченного (в 2024-м их было 26).

«При работе с обращениями по военнопленным важно понимать, что одних предположений о нахождении близкого человека в руках украинской стороны недостаточно для начала официальных процедур. Чтобы подтвердить этот факт, нужны хотя бы косвенные основания. Часто родственники самостоятельно обнаруживают соответствующие видео или фотоматериалы в интернете. Также семьям приходят официальные извещения от Минобороны России или письма от Международного комитета Красного Креста», — объяснила Татьяна Мерзлякова.

«Если установлено, что боец находится в плену, свердловский омбудсмен направляет обращение уполномоченному по правам человека в России, которая включает военнослужащего в список на обмен. Как и поиск без вести пропавших военнослужащих, освобождение из плена занимает много времени. Это связано с переговорной позицией украинской стороны. Поэтому семьи могут годами ждать возвращения своих родных», – Татьяна Мерзлякова, уполномоченный по правам человека в Свердловской области.

Кроме того, правозащитник отметила, что иногда поиск участников спецоперации затрудняют ошибки военного командования.

«В этом году пришлось разбираться с многочисленными случаями, когда бойцы без достаточных на то оснований объявлялись самовольно оставившими воинские части (СОЧ). В подобных ситуациях речь идет не только о восстановлении доброго имени, но и о возобновлении утраченной материальной поддержки родственников военнослужащих.

Заявители указывали в своих обращениях, что их близкие пропали при выполнении воинского долга, а им присваивается статус СОЧ. Следовательно, прекращаются положенные выплаты семье и детям. Родные находятся в недоумении: как это муж, сын, брат или отец могут быть в бегах, если, по сведениям командиров, они уходили на боевое задание?» — объяснила омбудсмен.

За прошлый год уполномоченному поступили сотни обращений по снятию статуса дезертира. СОЧ были объявлены 1348 военнослужащих. Смены статуса удалось добиться у 929 человек, при этом 22 участника спецоперации и вправду оказались дезертирами. Большинство из них были разысканы и возвращены в свои воинские части, по остальным работа продолжается.

Анастасия Якупова, городской портал «Е1.ру»

 

Назад к списку