Панель управления
Панель управления
Панель управления
Размер шрифта:
 
 
 
Панель управления
Цвет сайта:
 
 
Панель управления
Изображения:
Вкл.

Уполномоченный по правам человека в Свердловской области

Доступность. Доброжелательность. Действенность.

5 августа 2015

Амнистия на Урале: общество и власти не готовы к "акту милосердия"

Незваные гости?

 "В этом году благодаря юбилею Победы из свердловских колоний по амнистии выйдут на свободу сотни заключённых, — пишет нам житель Асбеста Павел Курбатов. — Да, за многих из них можно порадоваться: они получат возможность начать новую жизнь. Но, по моему убеждению, Свердловская область на данный момент явно не готова к встрече "гостей". Сегодня даже в относительно благополучном Екатеринбурге работы становится всё меньше и меньше, а у нас в глубинке её вообще нет. Цены на продукты за последний год взлетели до небес, подорожала коммуналка, порою даже зажиточные уральцы вынуждены экономить. А тут из тюрем раньше времени выходит целая армия. Всем им нужно есть-пить, нужна работа, социальная адаптация. И если они, не сумев нормально устроиться, возьмутся за старое, всех нас ждёт очередной разгул преступности…"

Действительно, в этом году акт милосердия со стороны государства коснётся нескольких тысяч осуждённых. По данным ГУФСИН региона, под амнистию в Свердловской области попадут 6 200 человек, из них 1 500 — это те, кто получил в своё время реальное лишение свободы. Этот процесс будет продолжаться до октября. Возможность начать честную жизнь получили или ещё получат те, кто впервые совершил преступления небольшой и средней тяжести, несовершеннолетние правонарушители, беременные женщины, пожилые люди, тяжелобольные и инвалиды, осуждённые условно и многие из тех, кому осталось провести в заключении меньше года.

 Между тем далеко не факт, что Свердловская область благополучно справится с наплывом "незваных гостей". Начнём с того, что по количеству преступлений Средний Урал и без того уже много лет занимает если не первое, то второе или третье места. По данным статистиков, с начала года уровень преступности увеличился у нас на 4% (тогда как по России рост составил 2,7%). А с учётом грядущих сокращений в рядах МВД, в том числе регионального, приток потенциального криминала явно прибавит силовикам работы.

Но это — ещё не всё. Проблема в том, что экономическая ситуация в регионе за последний год очень изменилась…

Новая среда

Бывшие заключённые и во времена стабильности не пользуются у работодателей особым "почётом". Как правило, хозяева и руководство предприятий под любыми предлогами избегают подписывать с ними трудовые договора. А отсутствие жилья, регистрации, а зачастую и паспорта ставит бывших "сидельцев" в ситуацию "вне закона". Оказавшись без работы и без куска хлеба, многие (почти 50%!) снова идут на преступление.

Скажем больше, часть уральских "сидельцев", попавших под амнистию, уже успели встать на скользкую дорожку и вновь попасть за решётку!

Да, слово "воля" для многих заключённых означает, что вне тюремных заборов и "колючки" они вздохнут свободнее. Но всё не так однозначно. За те годы, что эти люди провели на зоне, жизнь за её пределами не стала легче или дешевле. "Экономическая удавка" вокруг шеи свердловчан даёт о себе знать всё сильней. Сыграли свою роль и кризис, и санкции.

Существенно подорожало всё, включая самые необходимые продукты: хлеб, молоко, мясо, овощи и фрукты. Провизия прибавила в цене в среднем на 30%, а кое-что из съестного подорожало двое, а то и втрое. Расходы на услуги ЖКХ также подскочили на 11%, и сегодня за чертой бедности живут почти 360 тысяч уральцев — почти каждый десятый житель региона.

Не лучше обстоят дела с трудоустройством: по последним данным Свердловскстата, в июне общее число безработных в регионе достигло 151 607 человек. То есть вышедших на волю граждан ожидает совсем не гостеприимная среда. И через какое-то время у многих из них вполне закономерно может появиться соблазн вернуться к гарантированному ночлегу и харчам. А путь к этому известен — преступление.

Остаётся порадоваться, что амнистия не коснётся тех, кто осуждён за тяжкие и особо тяжкие преступления — убийства, терроризм, похищение людей, незаконный оборот наркотиков, педофилию. Они будут сидеть от звонка до звонка.

"Они, бедолаги, кушать хотят"

Среди подопечных единственного в России Бюро по трудоустройству лиц, попавших в экстремальную жизненную ситуацию, 90% — люди, освободившиеся из мест лишения свободы. Что не удивительно.

- Истории моих бедолаг похожи, как две капли воды, — рассказывает руководитель бюро Юрий Потапенко. — Когда человек попадает в колонию, "добродушные" родственники начинают его окучивать — присылают чаёк, конфетки, сигареты. Демонстрируют заботу. А в один прекрасный момент приезжают на свидание с просьбой подписать бумаги для выписки его из квартиры. Мол, коммуналка дорогая, а так какая-никакая экономия. Эти растаявшие от внимания, абсолютно юридически не грамотные ребята всё подписывают. И, освободившись, оказываются на улице. Потому как делать им регистрацию, разумеется, никто не собирался. Вот общество и получает очередного бездомного.

Потапенко эти (и многие другие) проблемы бывших осуждённых знакомы не понаслышке. За плечами этого человека, к которому сегодня обращаются за помощью и сотрудники ГУФСИН, и соцслужбы, и исправительные колонии, солидный опыт существования бомжа. Именно поэтому работа его организации построена по единственно верному принципу. Доказательство тому — множество полученных грантов, в том числе — президентские!

- Наши чиновники — дятлы. Они человека долбят, гоняют из кабинета в кабинет, трясут с него бумажки, — горячится Юрий Иванович. — А он, бедолага, кушать хочет. День-два поголодает, а потом с девушки серёжки сорвёт. Вот вам и корень преступности! Мы же, в первую очередь, даём ему еду, крышу над головой и работу. Удочку даём, а уж как он ей распорядится — его дело. Одновременно наши социальные работники и юристы занимаются восстановлением его документов. Это работает! Понятно, что есть те, кто отсидевшись и откормившись у нас, вновь отправляется в "свободное плаванье". Но 26,2% наших подопечных социализируется, восстанавливают семейные связи или создают новые семьи.

Сегодня, помимо помощи конкретным бездомным, бюро Потапенко проводит в исправительных колониях Среднего Урала тотальный ликбез. Правовые консультации — одна из мер профилактики криминальных рецидивов.

- Да я готов им схему работы на блюдечке с голубой каёмочкой преподнести, — говорит Потапенко. — Но им же тогда придётся хитрую попу от кресла оторвать. Оно им надо? Они же по принципу живут "кто людям помогает, тот тратит время зря". Хорошо уже то, что удаётся тугую государственную систему хоть чуть-чуть расшевелить, хоть заставить чиновников вспомнить о Конституции РФ, о других законах, в которых все их обязанности по отношению к бездомным и бывшим осужденным прописаны. Но дело со скрипом идёт. По большому счёту, вся эта армия амнистированных никому на фиг не нужна…

Упустили момент

Екатерина Демская, актриса театра:

- Мне как рядовому уральцу становится страшно, когда я думаю о том, сколько бывших осуждённых выйдет на свободу по амнистии.

Становится некомфортно. Уже будешь крепче держаться за сумку, следить за карманами, чаще оборачиваться. И прежде чем идти через тёмный переулок, подумаешь несколько раз: а стоит ли это делать? Я как-то попала в очень неприятную ситуацию, когда, возвращаясь домой после захода солнца, заметила мужчину, который решительно направлялся в мою сторону. Ощущение не из самых приятных… Наша жизнь и так не очень устроена, особенно в связи с кризисом. Порою люди не выдерживают материальных трудностей и идут на преступление. Думаю, что часть амнистированных также вернётся в криминал. Но, с другой стороны, любому человеку надо давать шанс, ведь какой-то процент этих людей сможет начать жизнь заново. Каждому нужно дать возможность исправиться.

И, знаете, в любом случае я бы не стала винить только государство. Ведь есть же у нынешних ребят семьи, друзья, учителя, которые должны направлять их на нужный путь! Особенно когда становится понятно, что подросток выбрал не то направление. Мы все должны обращать внимание на подрастающее поколение, а не махать на него рукой, мол, сами разберутся — что и как в этом мире. Начинать надо самых простых вещей — с разговоров, с общения с детьми! А большинство из тех, кто сейчас находится в колониях, мы уже потеряли. Мы упустили важный момент и теперь расплачиваемся за это…

Акт милосердия

Татьяна Мерзлякова, уполномоченный по правам человека в Свердловской области:

- На свободу по амнистии выходят осуждённые не по тяжким статьям. И, я считаю, они смогут устроиться в обществе. Отношение к амнистированным у людей, естественно, разное. У меня были родители ребёнка, на которого в мебельном магазине упал шкаф, и заведующая салона попала под амнистию. Была мама студента, сбитого водителем, управлявшим автомобилем в нетрезвом состоянии. Он также амнистирован. Мы считаем, что с амнистированными надо продолжать работать. Они должны понимать, что амнистия — это акт милосердия, должны чувствовать ответственность перед людьми, чьи близкие пострадали по их вине. Ведь амнистия не означает, что заключённые полностью освобождены. Остается груз моральной ответственности. Да, потерпевшие и их семьи не всегда довольны амнистией, но таков закон, и таково решение президента России.

Все обращения со стороны осуждённых или их близких — почему они не подлежат амнистии, мы также изучаем.

Общество не готово

Сергей Кириллов, правозащитник, член общественной наблюдательной комиссии:

- К нынешним амнистированным наше общество не готово однозначно. Я скажу больше: к этому не готовы и сами заключённые! Они психологически забиты, не в состоянии вой­­ти в мирную жизнь. Несколько лет их унижали, издевались над ними и наказывали. И, конечно, когда они выходят, во многих зреет мысль о "мщении". Отсюда и рост уровня преступности — потенциальная угроза всем нам. Мысль же о мирном труде у некоторых отсутствует напрочь. Естественно, что часть амнистированных вновь возвращается в места заключения.

Есть подозрение, что полноценная реабилитация бывших зэков нужна не всем. Ведь это бесплатная рабочая сила. А власти только делают вид, что занимаются вопросами реабилитации, даже деньги кому-то выделяют. Только вот кому — большой вопрос. Мы не готовы, чтобы студентов, получивших высшее образование, принять в общество, дать им достойные рабочие места. Что уж говорить о бывших заключённых. Здесь дырка, там заплатка… Нет у нас нормальной системы реабилитации — ни в стране, ни в регионе. Я уже достаточно долго бьюсь над созданием подобного центра, но всё впустую…

У разбитого корыта

Александр Левченко, руководитель пресс-службы ГУФСИН по Свердловской области:

- В год из свердловских колоний на свободу выходит порядка 14 тысяч человек. За полгода до освобождения мы отправляем запросы в социальные службы, полицию, ФМС, центры занятости. К сожалению, далеко не всегда получаем ответы. Закона, который бы обязывал пристраивать бывших осуждённых, попросту нет. И в этом большая проблема.

Многие после выхода на свободу оказываются у разбитого корыта. Приткнуться им некуда. Денег им выделяют только до проезда к месту жительства, а дальше — кто куда. Причём некоторые довольно быстро возвращаются обратно. Уже есть случаи, что человека по амнистии выпустили, к примеру, в начале июня, а в конце месяца он вернулся обратно в колонию.

Отмечу, что осуждённые в колонии получают среднее образование. Также при тюрьмах работают десятки профтехучилищ и их филиалы. Люди осваивают различные профессии — токаря, пекаря, механика. Кроме того, у многих есть личные банковские счета, куда им пересылают деньги родственники. Этими средствами они могут воспользоваться на воле. Также мы восстанавливаем паспорта, документы об инвалидности. Одним словом, делаем всё от нас зависящее, чтобы осуждённые после выхода на свободу нашли своё место в жизни.

Проблемы — от безделья

Владимир Винницкий, член общественной палаты РФ от Свердловской области:

- В общественной палате есть специальная рабочая группа, которая занимается социальной адаптацией осуждённых. Мы прикладываем все силы, чтобы люди во время отсидки не сидели без дела, а получали рабочие специальности. Тогда после выхода на свободу им будет легче найти свое место под солнцем.

Считаю, что все проблемы после выхода на свободу у этих людей — от безделья. И наша главная задача загрузить их работой, чтобы дурные мысли не лезли им в голову. В связи с этим мы договариваемся с местными администрациями об открытии дополнительных производств. В частности, многие бывшие зэки благодаря нашим усилиям сегодня трудятся на лесоперерабатывающих заводах и на кустарных промыслах, делают всевозможные поделки.

 

Материал подготовлен: Алексей СМИРНОВ, Артем РЫЖАКОВ, Рада БОЖЕНКО, Алексей ЗАЯКИН, Ольга МАСЛОВА, Кристина ШАБУНИНА

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 32 05/08/2015

Инфографика из личного архива редакции "АиФ-Урал"/ Юлия Ульянова

 

Вернуться к списку